Гражданка А. обратилась в Центральный районный суд с иском к КГБУЗ, требуя взыскания компенсации за моральный вред в размере 3 500 000 рублей. В своих показаниях женщина сообщила, что на 33-й неделе беременности была доставлена в медицинское учреждение скорой помощью с диагнозом, связанным с желудочно-кишечным трактом. После госпитализации осмотр врачом не выявил никаких отклонений по беременности, и никаких обследований в момент поступления не проводилось.

Ультразвуковое исследование, проведенное в 10 часов утра, показало отсутствие сердцебиения плода, что, по мнению истца, стало следствием некачественного оказания медицинской помощи, приведшего к трагической гибели ребенка. Гражданка А. просила суд признать, что она понесла одну из самых тяжелых утрат в жизни, и взыскать соответствующую компенсацию.

В ходе судебного разбирательства представитель ответчика частично признал иск, однако настаивал на том, что между смертью не родившегося ребенка и оказанной медицинской помощью отсутствует причинно-следственная связь. Он также ходатайствовал о снижении суммы морального вреда.

Для выяснения обстоятельств дела была проведена судебная медицинская экспертиза. Эксперты пришли к выводу о том, что задержка в оперативном вмешательстве не явилась причиной возникновения патологического события, но находилась в косвенной связи с усугублением его последствий. В то же время действия дежурного медицинского персонала, заключавшиеся в отсутствии надлежащего динамического наблюдения за пациенткой в ночное время, были признаны ненадлежащими. Тактика выжидания и наблюдения, которую избрали врачи, также была охарактеризована как неправильная и необоснованная.

В результате суд удовлетворил исковые требования А. частично, присудив ей компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей и судебные расходы на оплату экспертизы в размере 74 950 рублей. Позже апелляционная инстанция оставила решение суда без изменений, а апелляционную жалобу ответчика отклонила.